Кость
Айрис лежит на полу в подвале под лавкой Сайласа, и он протягивает к ней руки. Она спускает с плеча ворот платья и мечтательно улыбается – совсем чуть-чуть, так что не видно даже зубов, но это, несомненно, улыбка. Но Сайлас не глядит на ее лицо. Она, такая же, какой он увидел ее в тот день, когда они впервые встретились на строительстве павильона Великой выставки, – изящная, причудливо изогнутая ключица, которая чуть натягивает тонкую белую кожу. Айрис кивает. Это означает: «Да, можешь ее потрогать». Сайлас сжимает тонкую кость пальцами, и она вдруг отделяется от тела, словно отрубленная мясником. Он держит ее в руке, подносит к глазам. Он в восторге. Такой красоты он еще никогда не видел!
Айрис кладет свою руку поверх его пальцев.
– Наконец-то ты сумела от него избавиться, – говорит Сайлас.
– Спасибо тебе, – отвечает она. – Ах, если бы я только смогла увидеть твои работы в Хрустальном дворце, я бы больше ничего не требовала до конца моей жизни. Ты настоящий гений, Сайлас!
Откуда-то доносится громкий стук, и она оборачивается.
– Не уходи! – просит Сайлас, но его уже грубо отрывают от нее, а сама Айрис начинает понемногу таять в воздухе. Кость в руке тоже исчезает. Стук повторяется – громкий, настойчивый, и Сайлас понимает, что сжимает в кулаке пустоту.
Он, однако, не спешит открывать глаза, продолжая наслаждаться чудесным сном. Впрочем, кто сказал, что это был сон? Он видел Айрис так ясно, что у него нет никаких сомнений: все это происходило в действительности. Она приходила к нему на самом деле! Не зря же она упомянула про Великую выставку. Айрис хотела подсказать ему, что он должен сделать дальше. Ну конечно!.. Он купит ей входной билет!
Стук в дверь продолжается, с улицы доносятся какие-то крики, но Сайлас, натянув на голову подушку, пытается еще раз насладиться гладкой текстурой изящной косточки.
– Сайлас! Я знаю, что ты дома! Открывай живо, дерьмо трусливое!
На этот раз он узнал голос Дельфинихи. Именно так она орала, когда в полночь вышвыривала из своего заведения упившихся до беспамятства клиентов.
Что ей от него надо?
Нахмурившись, Сайлас крепко закрыл глаза и попытался снова заснуть, надеясь увидеть продолжение сна. Что ему снилось, когда раздался этот дурацкий стук? Ах да!.. Айрис взяла его за руку, наклонилась ближе и сказала…
– Да открой же эту чертову дверь, мерзавец!
Но Сайлас только крепче зажмурился.
За последние дни ему не раз приходилось слышать, как стучатся в лавку клиенты. Ничего удивительного. До начала светского сезона оставалось совсем немного, до открытия Выставки – и того меньше, и Лондон был наводнен приезжими, каждый из которых жаждал приобрести у него какую-нибудь диковинку. Но Сайлас не открывал, и в конце концов клиенты уходил восвояси, брезгливо зажимая носы, чтобы не чувствовать поднимавшейся от куч нечистот вони. Там, среди отбросов, гнил и светло-бежевый спаниель с коричневым пятном на спине, к которому Сайлас давно утратил интерес.
